В 90-х годах прошлого века один из руководителей осетинского сепаратизма и бывший вице-спикер парламента т.н. Южной Осетии Алан Чочиев сбежал из России в Германию и получил там политическое убежище. О том, почему в России не «оценили» прошлые заслуги одного из главных сепаратистов и почему сбежал от Кокойты в Германию, с «Медианьюс» беседует сам Алан Чочиев.
-Я уже получил в Германии официальное политическое убежище. Не желаю говорить о деталях, тем более с грузинским информационным агентством.
-Вы жили во Владикавказе, разве нет?
-Я жил во Владикавказе.
-Русские вас преследовали или Кокойты?
-Вообще-то, в течение ряда лет меня грузинские спецслужбы преследовали. Моего физического уничтожения требовали как Звиад Гамсахурдия, так и Эдуард Шеварднадзе. Однако, потом грузины «позабыли» меня. В августе 2008 года вооруженные люди вторглись в мой дом и искали меня. По счастливой случайности меня не было дома. Эти люди были из Южной Осетии. О других деталях ничего говорить не буду.
-Да, интересно просто, что от вас Кокойты хотел.
— На мой взгляд раздражение нынешней власти Южной Осетии вызвало мое письмо, опубликованное 3 года назад. В 2006 году в Южной Осетии был проведен референдум о статусе республики. Параллельно проводились президентские выборы. В письме я писал, что параллельно проводить референдум и выборы незаконно. После этого мое преследование приняло интенсивный характер.
-И только поэтому Кокойты стал вас преследовать?
-Я не стану конкретные имена- фамилии называть. А так, преследование началось раньше.
-А в частности?
— В 2003 году я, как независимый политолог, опубликовал письмо, в котором требовал, чтобы тогдашний президент Грузии Эдуард Шеварднадзе был осужден за профашистскую политику, которую он проводил по отношению к национальным меньшинствам, в частности в отношении осетин. Североосетинская прокуратура посчитала это за разжигание национальной розни и меня арестовали. Из тюрьмы я вышел в 2006 году.
— Ну, на самом деле, анекдотично, обвинять Шеварднадзе в фашизме.
-Вообще, все власти Грузии профашистские, разница просто в именах и фамилиях. Но у меня сейчас нет времени для дискуссии на эту тему.
-До того, как бежать в Германию вы обращались к российским правоохранительным органам?
-Обратился, и если бы они соответственно отреагировали, я сейчас не был бы в Германии.
— Долгие процедуры пришлось пройти для получения политического убежища?
-Не особо долгие. Я немного пробыл в Словакии и оттуда перешел в Германию.
-Уверены, что там вас Кокойты не достанет?
-Тут я чувствую себя вне опасности.
