У армянских правоохранительных органов нет претензий к уроженцу Чечни Зелимхану Муртазову, который прилетел в Ереван после четырех месяцев в транзитной зоне аэропорта Астаны, но считать, что он находится в безопасности, преждевременно, уверены его родные и правозащитники.
Как писал «Кавказский узел», уроженец Чечни Зелимхан Муртазов, прилетевший в декабре в Астану, был вынужден долгое время находиться в транзитной зоне аэропорта, Казахстан отказался рассматривать его прошение об убежище. По словам брата, Зелимхан дезертировал с военной службы, поэтому возвращение в Россию грозит ему заключением и пытками. Власти Казахстана пытались добиться, чтобы Муртазов сам покинул транзитную зону, но из-за отсутствия загранпаспорта он мог вылететь лишь в страны, где высок риск выдачи в Россию. 21 апреля стало известно, что Муртазову удалось покинуть Казахстан, вылетев в Армению.
Зелимхан Муртазов рассказал «Кавказскому узлу», что отправился в зону боевых действий на Украине, чтобы обезопасить братьев, так как в Чечне требовали, чтобы контракт заключил один человек от семьи. По словам Муртазова трехлетний контракт продлили без его согласия, других братьев также пытались принудить к заключению контракта.
Открытие прямых рейсов с Арменией помогло Зелимхану Муртазову
Адвокат Рена Керимова, которая вместе с другим адвокатом Еленой Жигаленок, помогала Зелимхану Муртазову в Казахстане, рассказала, что решающую роль в возможности покинуть транзитную зону аэропорта сыграло открытие прямых рейсов между Астаной и Ереваном.
«Да, мы помогали ему в Казахстане, посещали его, пока он был в транзитной зоне аэропорта. 20 апреля он улетел в Армению, потому что именно в этот день открылся прямой рейс Астана-Ереван. А до этого прямых рейсов не было, а он не мог по своему внутреннему российскому паспорту улететь в другую страну», — сказала она корреспонденту «Кавказского узла».
Купили билеты, он сел в самолет и спокойно улетел в Ереван, отметила она.
«Препятствий со стороны Казахстана не было. Просто его загранпаспорт изъяли в Турции, поэтому вариантов было немного. И в итоге открытие прямого рейса в Ереван стало единственной возможностью для него покинуть транзитную зону аэропорта Астаны. Кейс Муртазова единственный в своем роде. В Казахстане никогда ранее такой ситуации не было», — сообщила адвокат.
Власти Армении не дали гарантий безопасности Муртазова
В транзитной зоне аэропорта Астаны Зелимхан Муртазов провел четыре месяца.
«Я когда садился в самолет, у меня было ощущение, что я покидаю свой дом. Все-таки столько времени я там провел, около 4 месяцев, и это место стало родным», — сказал он корреспонденту «Кавказского узла».
В Ереване он себя чувствует в безопасности.
«Я наконец-то смог выйти на улицу и подышать свежим воздухом, ходить по улице и свободно передвигаться. Это очень приятное чувство на самом деле. Сейчас мы решаем вопрос жилья и будем думать, что делать дальше. Пока я в Армении, в безопасности. Меня тепло приняли», — рассказал он.
Пока у Зелимхана только российские документы, он в уязвимом положении, считает его брат Турпал Муртазов.
«Сейчас мы пытаемся адаптировать его в Армении. Пока трудно говорить, что он в полной безопасности. На данный момент все нормально, но все зависит от наших дальнейших действий. Мы прислушаемся к советам, которые нам дали адвокаты и правозащитники по поводу мер безопасности. Но пока у него только российские документы, он в уязвимом положении», — сказал он корреспонденту «Кавказского узла».
У армянских правоохранительных органов нет претензий к Зелимхану.
«С точки зрения закона к нему нет претензий. Его тепло приняли. После прилета его отвели в специальную комнату аэропорта, там с ним провели беседу, спрашивали про его историю, почему он отказался воевать, как попал в Казахстан и так далее. К нему было очень вежливое и доброжелательное отношение. Армянская стороне продемонстрировала как должна себя вести цивилизованная страна», — рассказал Турпал.
Что касается гарантий безопасности от государства, то четких обещаний или гарантий стороны властей нет.
«Единственное, что на данный момент могу сказать, это то, что полиция нам посоветовала всегда быть на связи и сообщать, если будут какие-то проблемы», — отметил Турпал.
Правозащитница Ани Чатинян уверена, что Зелимхану следует быть очень осторожным.
«С учетом того, что произошло с Айшат Баймурадовой, всем тем, кто находит убежище в Армении, следует быть предельно осторожными и внимательными к тому, что происходит вокруг них. Им всем дают определенные протоколы безопасности, они обязательны, если ты хочешь быть в целостности и сохранности», — сказал он «Кавказскому узлу».
По ее словам, Зелимхану не стоит активно вести соцсети.
«Я не говорю, что надо сидеть дома, никуда не выходить, ни с кем не общаться. Но например активно вести соцсети не стоит. Постоянно показывать свое местонахождение или посещения каких-то мест тоже не стоит. То есть все это надо учитывать. Ну и, конечно, мы надеемся, что государство следит за тем, чтобы минимизировать угрозы в отношении таких людей», — отметила она.
Переехавшие в Армению граждане России периодически сталкиваются с запросами розыска и требованиями экстрадиции. Так, 21 октября 2024 года силовики в Ереване задержали гражданина России Романа Шкловера, который в России подозревается в публичном оправдании терроризма. В Армении это деяние не является преступлением, а задержание по политическим мотивам грубо нарушает права человека, заявил правозащитник Артур Сакунц. 22 октября Шкловер был освобожден.
5 августа 2025 года стало известно, что российские власти выдали запрос на экстрадицию в Россию Романа Шкловера. В мае при въезде в Армению был задержан казанский активист Марк Серов, живущий в Грузии, на родине он находится в розыске по делу о вандализме по мотивам политической ненависти. По словам Сакунца, Армения за последние годы не выдавала России активистов, которых преследуют на родине за политические взгляды.
В октябре 2025 года стало известно, что в Армении арестована гражданка России Лилия Манюхина, осужденная после расклейки антивоенных листовок в Москве. Правозащитники отметили, что Армения регулярно отклоняет экстрадиционные запросы России из-за политических мотивов преследования, но в деле Манюхиной суды политического характера не усмотрели.
