Саммит Армения-ЕС касался лишь общих вопросов и не затронул важные для Еревана темы, в частности карабахских беженцев и военнопленных. Тем не менее он отчетливо продемонстрировал, что действующая власть предпринимает реальные шаги для евроинтеграции страны, что может стать важным для избирателей на парламентских выборах, указали российские и армянские аналитики.
Как писал «Кавказский узел», в Ереване 4 мая прошел восьмой саммит Европейского политического сообщества с участием порядка 50 делегаций на уровне глав государств и структур. Одновременно 4 и 5 мая в столице Армении проходил первый саммит Армения-ЕС, на котором Европейский союз представляли председатель Европейского совета Антониу Кошта и глава Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен. Армянские и карабахские общественные организации и партии призвали прибывших в Ереван представителей Евросоюза способствовать сохранению культурных ценностей в Карабахе и защите прав беженцев. Первый саммит Армения-ЕС, завершившийся в Ереване, дал оппозиционным политическим силам Армении повод обвинить Никола Пашиняна в предвыборных манипуляциях, а московским медиа — в «предательстве» и антироссийском курсе.
Армянский политолог, бывший депутат парламента Микаэл Золян, старший научный сотрудник Института географии РАН, доктор географических наук Алексей Гуня, экономист и политолог Сергей Жаворонков, политолог Левон Ширинян, политический аналитик, специалист по постсоветскому пространству Кирилл Кривошеев* по просьбе «Кавказского узла» проанализировали итоги саммита Европейского политического сообщества и саммита Армения-ЕС, состоявшихся в Ереване.
Ряд важных для Армении вопросов в ходе обсуждений остался без внимания
Прошедший в Ереване саммит Европейского политического сообщества (ЕПС) стал беспрецедентным событием по количеству прибывших лидеров иностранных государств и важной вехой в отношениях республики с Европой, считает Микаэл Золян.
«Это была своего рода презентация Армении как европейской страны со своим историческим путем и геополитическими особенностями. Главный эффект мероприятия — символический: Еревану удалось встроиться в медиаобраз Европы, которая шире, чем просто Евросоюз. Важно и то, что организационные вопросы были решены эффективно, вопреки существующим стереотипам», — сказал он корреспонденту «Кавказского узла».
По мнению эксперта, помимо символизма, на полях саммита обсуждались и конкретные прикладные вопросы.
«Речь шла о либерализации визового режима, помощи вооруженным силам в сфере безопасности и противодействии гибридным угрозам. Эти темы поднимались и ранее, но сейчас они получили максимальную концентрацию внимания», — пояснил Золян.
В центре внимания были именно отношения Еревана и Европы, а не конфронтация с Баку или Анкарой
Несмотря на то, что проблемы военнопленных и беженцев активно обсуждались в СМИ и поднимались журналистами, в официальной повестке саммита они не стали центральными.
«Армения сознательно не акцентировала внимание на Карабахском конфликте, транслируя месседж о стремлении к миру. В центре внимания были именно отношения Еревана и Европы, а не конфронтация с Баку или Анкарой. Тем не менее, работа по возвращению пленных, вероятно, продолжается в кулуарах, хотя реалистичных шансов на быстрый прорыв здесь немного», — отметил политолог.
Прошедший саммит Европейского политического сообщества в Ереване привел к еще более четкому разделению армянского общества на сторонников западного и российского векторов развития, считает Алексей Гуня.
«Наиболее важный итог для Армении заключается в том, что был сделан шаг к углубленной фрагментации общества. Это жесткое и четкое обозначение выбора между западным путем и российским направлением, что само по себе является ключевым последствием встречи», — заявил он корреспонденту «Кавказского узла».
Вопросы Карабаха, проблемы беженцев и возвращения военнопленных были фактически задвинуты на задний план
По мнению эксперта, за внешним успехом мероприятия остались нерешенными наиболее острые для региона вопросы, касающиеся безопасности и ресурсов.
«Вопросы Карабаха, проблемы беженцев и возвращения военнопленных были фактически задвинуты на задний план. Что касается экономики, то дискуссии носили ограниченный характер. Обсуждение открытия границ и транспортных коридоров пока остается лишь декларацией возможной экономической свободы. При этом стратегически важные темы — энергетика и использование минерально-сырьевых ресурсов — вообще не затрагивались», — отметил Гуня.
Несмотря на получение Ереваном определенных политических преференций на фоне охлаждения отношений Баку с Европой, их практическая польза для населения остается под вопросом.
«Сложно ожидать, что нынешние политические бонусы в ближайшее время трансформируются в осязаемую помощь: крупные гранты, транши или инвестиции. На фоне политической эйфории я сомневаюсь, что эти процессы приведут к реальному подъему уровня развития страны или росту благосостояния жителей Армении», — подчеркнул ученый.
Сергей Жаворонков также отметил дефицит практических решений в сфере экономики.
«По вопросам экономического сотрудничества или введения безвизового режима конкретики не прозвучало. С одной стороны, ЕС выжидает результатов выборов, с другой — это можно считать неудачей армянских властей, которым не удалось продемонстрировать избирателям реальные, пусть и небольшие, достижения в этих сферах», — полагает Жаворонков.
Ереван выходит из тени российского влияния и позиционирует себя как самостоятельного игрока, ориентированного на Запад
Саммит ЕС в Ереване уже является большой победой для Еревана, уверен Левон Ширинян.
«Это символический и геополитический сигнал: Европа признает Армению как важного партнера, готового двигаться в сторону европейских ценностей и стандартов. Наиболее важное для Армении — это не конкретные финансовые пакеты или соглашения, хотя они тоже будут, а изменение международного статуса страны. Ереван выходит из тени российского влияния и позиционирует себя как самостоятельного игрока, ориентированного на Запад. Это открывает долгосрочные перспективы для экономической интеграции, привлечения инвестиций, модернизации институтов. Кроме того, присутствие европейских лидеров в Ереване — это косвенная гарантия безопасности», — сказал он корреспонденту «Кавказского узла».
По мнению Кирилла Кривошеева*, итоговая декларация саммита лишена конкретики и состоит из «классических общих слов».
Эксперт отмечает, что острые вопросы, такие как судьба беженцев из Нагорного Карабаха и возвращение военнопленных, сознательно не выносились в центр повестки, чтобы избежать резкой реакции Азербайджана.
«И европейцы, и армянская сторона понимали, что акцент на теме беженцев или военнопленных вызовет ярость Баку. Этого никто не хотел. В результате «перемещенные лица из Карабаха» упоминаются лишь в речи Урсулы фон дер Ляйен, но в самой декларации этого нет. Предполагается, что финансовый план (The Resilience and Growth Plan на 270 млн евро) закрывает эту тему. Это выглядит логично в рамках текущей дипломатии», — пояснил аналитик.
По мнению Кривошеева*, итоговая декларация саммита лишена конкретики и состоит из «классических общих слов».
Эксперт отмечает, что острые вопросы, такие как судьба беженцев из Нагорного Карабаха и возвращение военнопленных, сознательно не выносились в центр повестки, чтобы избежать резкой реакции Азербайджана.
«И европейцы, и армянская сторона понимали, что акцент на теме беженцев или военнопленных вызовет ярость Баку. Этого никто не хотел. В результате «перемещенные лица из Карабаха» упоминаются лишь в речи Урсулы фон дер Ляйен, но в самой декларации этого нет. Предполагается, что финансовый план (The Resilience and Growth Plan на 270 млн евро) закрывает эту тему. Это выглядит логично в рамках текущей дипломатии», — пояснил аналитик.
Сближение Еревана и ЕС не несет угрозы Баку
Золян полагает, что укрепление связей Еревана с ЕС не несет прямой угрозы интересам Азербайджана, а критика Баку в адрес европейских структур носит избирательный характер.
«У Баку испортились отношения с Европарламентом и Советом Европы из-за вопросов демократии, но азербайджанское руководство вполне устраивает роль торгово-экономического партнера ЕС. Поскольку Ереван декларирует, что сближение с Европой не направлено против соседа, в Баку не реагируют на это слишком остро. Для Армении же европейский вектор — это способ сбалансировать российское влияние и усилить свою переговорную позицию в регионе», — указал Золян.
