Шаги, предпринимаемые властями Грузии на международной арене, носят спонтанный характер, а в их действиях нет видения существующих реалий, отсутствуют элементы стратегического мышления, считает эксперт Арчил Гегешидзе. Как он заявил в интервью изданию, не совсем непонятно, когда они дают согласие на открытие одного из контрольно-пропускных пунктов на границе с Россией и одновременно не позволяют группе российских экспертов пересечь границу Грузии.
— Как Вы считаете, какие острые вопросы остаются вне внимания оппозиции и правящего большинства?
— Думаю, нашей власти надлежит определиться со стратегией отношений с Россией, поскольку пока, к сожалению, ее не видно. Она по этому вопросу, вроде бы, демонстрирует свою позицию, согласно которой с оккупантом никакого диалога быть не может. Это понятно и логично, но такая позиция вовсе не означает, что власти имеют какое-то видение не только сегодняшнего, но и завтрашнего дня, предполагающее наличие гибкой, дальновидной политики в отношении России.
Возьмем хотя бы последний факт, когда российских экспертов, ученых не пустили на территорию Грузии. Тут мы не услышали с их стороны серьезного аргумента в пользу такого шага. А ведь о визите этих лиц было известно давно. В средствах массовой информации этот вопрос тоже широко обсуждался, но в самый последний момент им отказали в предоставлении такой возможности, тогда как, один из них еще два месяца назад у нас уже гостил.
Такое поведение власти наводит на мысль о том, что у нее действительно нет упомянутого нами видения будущих отношений с Россией.
В то же время российский бизнес в Грузии не встречает никаких препятствий, к нам приезжают без всяких проблем звезды российской эстрады, а вот эксперты лишены такой возможности. Россия ищет какие-то подходы и контакты с Грузией, а этого допускать нельзя, поскольку ею оккупированы наши территории. Но тогда почему мы позволяем ей устанавливать такие связи посредством бизнеса и инвестиций?! Очевидно, что позиция грузинских властей в отношении России непоследовательна, а реакция на события носит спонтанный характер.
Очень важно также, что сегодня разговор идет об открытии Ларсского контрольно-пропускного пункта. По той же логике, о которой я уже говорил, совместную с оккупантом границу открывать никак нельзя.
— Кстати, оппозицию интересует, почему этот пункт открывается именно для Армении?
— В первую очередь, это, конечно, входит в интересы Армении. Очевидно, что тут есть и интерес России, поскольку, как я уже говорил, Москва пытается сделать какие-то ходы в отношении Грузии после оккупации части ее территории. Одним из таких шагов может быть согласие на открытие Ларсского контрольно-пропускного пункта. Почему все это должно устраивать грузинскую сторону, это тема отдельного разговора. Возможно, Москва действительно считается с интересами Армении, но с другой стороны, Грузия будет играть роль транзитного моста и из этого она извлечет определенную выгоду. Хотя транзитную функцию наша страна выполняет и без этого. Из России через грузинскую территорию в Армению поступает природный газ, но в данном случае речь идет о транспортном сообщении. Должен сказать, что, с экономической точки зрения, эта дорога для Грузии особого значения не имеет. К этому факту следует подходить с точки зрения политической целесообразности. Вопрос об открытии указанного контрольно-пропускного пункта был поставлен, исходя именно из этого. Считаю, что это правильное решение, но оно выглядит несколько странно на фоне недавнего отказа впустить в страну экспертов и ученых.
— Наша власть постоянно твердит, что она сорвала с России маску и т. д. На этом фоне Саакашвили считает грузинскую дипломатию успешной. Насколько успешной международную политику революционной власти и ее дипломатические шаги считаете Вы?
— В том, чтобы срывать маску с России, особой нужды не было – и без того все было ясно. А если кто-то и не замечал происходящего, то все стало очевидно во время войны с Грузией. Но это вовсе нельзя считать успехом грузинской дипломатии. Как говорится, «нет худа без добра», – все увидели подлинное лицо России. Но все произошло за счет оккупации значительной территории Грузии. Поэтому говорить о каком-то успехе грузинской дипломатии не приходится. Хотя в пропагандистской войне грузинская сторона и добилась определенного тактического успеха, что касается стратегической победы, то она может быть достигнута только в будущем. Для этого властям Грузии придется приложить большие усилия.
— Насколько успешными можно считать шаги грузинской дипломатии на международной арене?
— После оккупации наших территорий, Грузии удалось сохранить международную поддержку территориальной целостности страны. Факт, что наша власть предпринимает в этом направлении конкретные шаги, и закрывать на это глаза не следует. Очень важно сохранить позицию непризнания этих конфликтных регионов (Абхазии и Южной Осетии – ПП) международным сообществом. В будущем, при стечении благоприятных обстоятельств, это поможет предпринять конкретные шаги, направленные на восстановление территориальной целостности страны.
